Е. Б. Рудный. "Сознание и теория виртуального мира". Главы 3 и 4.

[alevlakam]

Глава 3. Обсуждение восприятий в нарративе

• Вода закивает

Опечатка.

Неприязнь Евгения Борисовича к определениям терминов известна, но всё-таки несколько раздражают утверждения, наподобие: "невозможно сказать, где находится X", хотя не дано определение X.

И опять многословные однообразные повторения: цвета нет, потому что цвет появляется только тогда, когда он ощущается. Почему цветом упорно называется не свойство, а последствия восприятия свойства - для меня загадка.

• отталкивается от изучение физических

Опечатка.

В целом всё пока довольно однообразно и скучно.

Глава 4. Неподдающиеся проблемы

• Невозможно сказать, как математическое возникает из физического, поскольку в физике осмысленное обсуждение физического невозможно без использования математики.

Длинные цитаты:

"...объекты, изучаемые эмпирической теорией, отнюдь не являются просто вещами повседневного опыта, а представляют собой наборы «атрибутов» (то есть свойств, отношений и функций), вводимых посредством подходящих операциональных процедур, часто имеющих явную и заявленную цель определения конкретной структуры, изоморфной или, по крайней мере, гомоморфной структуре действительных чисел или какой-либо другой математической структуре. Но теперь, если объектами эмпирической теории действительно являются сущности такого рода, мы вполне вправе утверждать, что они фактически наделены математической структурой: это просто та структура, которую мы ввели посредством наших операциональных процедур. Однако эта структура объективна и реальна, и по отношению к ней математизированный дискурс далек от выполнения чисто условной и прагматической функции, цель которой – упорядочивание наших идей: он является точным описанием этой структуры. Конечно, мы никогда не сможем утверждать, что такой дискурс определяет структуру реальности в полной мере и исчерпывающе..."

"Очевидно, что в случае эмпирических наук мы пытаемся построить концептуальные структуры (абстрактные объекты), имеющие эмпирические денотации (экземплифицированные конкретными объектами). Если хорошо понять это элементарное, но важное различие, то можно правильно увидеть, как математика может касаться физических объектов. Эти объекты являются абстрактными объектами, представляют собой структурированные множества предикатов, и нет абсолютно ничего удивительного в том, что они могут получить математическую структуру (например, структуру, изоморфную структуре положительных действительных чисел, или структуре данной группы, или абстрактного математического пространства и т. д.). Если случается так, что эти абстрактные объекты с определенной степенью приближения экземплифицируются конкретными объектами, мы вправе сказать, что соответствующая математическая структура также верна (с той же степенью приближения) для этой области конкретных объектов. В физике, как мы видели, абстрактные объекты конструируются путем выделения определенных онтологических атрибутов вещей посредством конкретных операций, так что они фактически относятся к вещам и экземплифицируются конкретными объектами, выделенными с помощью таких операций, с заданной степенью приближения или точности (степенью приближения, типичной для применяемой операционной процедуры). В заключение, во всех случаях, когда можно повторить нечто подобное тому, что было сказано здесь для физики, можно утверждать, что математика одновременно является наиболее точным языком для описания объектов рассматриваемой области и точно отражает конкретную структуру (в онтологическом смысле) этой области объектов. Разумеется, вполне разумно будет признать, что может оказаться, что другие аспекты этих вещей (или другие их атрибуты) нельзя рассматривать с помощью данного принятого нами математического языка, и это может означать либо то, что для этих атрибутов, подойдет какой-нибудь другой из доступных математических языков, либо даже то, что ни один из известных к настоящему времени математических языков не годится для их рассмотрения."

(Э. Агацци. "Взаимосвязь математики с другими науками". Статья из сборника "Philosophy of mathematics today", 1997)

Интересно, что по этому поводу скажут Вася и Федя.

И ещё одна цитата из той же статьи Агацци: "...мы можем признать, что в настоящее время понятие науки стало гораздо шире: мы можем квалифицировать как науку любую область исследования, доказавшую свою способность достичь уровня объективности и строгости без неукоснительного обязательства использования математических инструментов (это счастливое обстоятельство является привилегией лишь некоторых наук)."

Касательно редукционизма и компатибилизма. Тот же Агацци объясняет ситуацию по-другому. У каждой науки есть своя область объектов. Объекты любой науки - абстрактные объекты. Для каждой области объектов - свои законы и свои теории. Законы физики не действуют и не должны действовать для биологии, не потому, что у биологии другие законы, а потому, что у неё другие объекты. Конечно, физика может рассматривать абстрактного коня как физическое тело, но это будет не тот абстрактный конь, который является объектом биологии, это другой объект. И, кстати, для Агацци макрофизика и микрофизика (квантовая) - не разделы физики, а разные науки.

В общем, глава 4 для меня была интереснее, хотя почти все приведенные факты и мнения я уже знал. Но не стоит забывать о том, что эта книга - не научная, а популярная.